Спин – уродливый близнец PR. Часть I
“Каждый день общественное мнение становится целью попыток переписать историю, официальной амнезии и откровенной лжи – все это благосклонно называется “спин”, как если бы от него было не больше вреда чем от катания на карусели – туда и обратно”
Томас Пинчон в предисловии к “1984” Джорджа Оруэлла
Возможно, не случайно термин “спин доктор” в контексте массовых коммуникаций впервые был использован именно в 1984 году. Апокалиптический сценарий Джорджа Оруэлла не оправдался: эра тотальной пропаганды не наступила, однако, Большой Брат нашел более тонкий метод промывания мозгов. Манипулирование фактами в частных интересах стало, по мнению критиков PR, основной сутью профессии в современном мире.
Причем, характер претензий к отрасли мало изменился с конца 70-х, когда пионер PR-образования Скот Катлип очертил три главных “минуса” связей с общественностью:
- Беспорядочное переполнение каналов коммуникации мусором псевдособытий, которые не создают пользы ни их спонсорам, ни общественности.
- Ретуширование или сокрытие общественно значимых фактов.
- Как результат, цинизм и недоверие к церкви, бизнесу, сфере образования и органам власти со стороны людей, которых постоянно обманывают.
Сегодня многое из перечисленного именуется термином “спин”, который все чаще используется как к месту, так и не к месту. Даже само его использование стало превращаться в своеобразный способ манипулирования. Пример тому лекция бывшего президента Chartered Institute of Public Relations (CIPR) Энн Грегори “Спин или не спин – этика связей с общественностью”, прочитанная в 2002 году. В аннотации этой лекции, который состоит более чем из 2 тысяч слов, термин “spin” используется дважды. Оба раза в заголовке и ни разу собственно в основном тексте. По сути, в данном случае использование модного и горячего словечка призвано привлечь внимание аудитории к достаточно скучной и непопулярной теме этики в PR, к которой спин, безусловно, имеет непосредственное отношение (как это будет показано далее). Не ясно лишь одно – почему это не нашло никакого отражения в аннотации лекции?
Справедливости ради, стоит отметить, что манипулирование фактами не является исключительной прерогативой специалистов по связям с общественностью. Аналогичные методы, зачастую не менее широко, используются во многих других гуманитарных дисциплинах. Как удачно отмечено в эпиграфе, одной из главных сфер использования спин-методов является история, точнее ее переписывание. Достаточно открыть школьные учебники истории, например, в России и в США, и убедиться, как по разному в них трактуются одни и те же факты Второй Мировой Войны. В зависимости от национальности автора лавры в победе над фашизмом отдаются той или иной стране, хотя понятно, что она стала возможна лишь благодаря сплоченным действиям всех участников антигитлеровской коалиции.
Не питая иллюзий по поводу искоренения практики манипуляций с прошлым, которая является составной частью машины государственной пропаганды, теоретики общественных коммуникаций уповали на будущее. А точнее на формирование новой, прозрачной, поистине демократичной коммуникационной среды. Они надеялись на то, что развитие Интернета станет препятствием для практики манипулирования информацией за счет:
- новой модели коммуникации в Сети, которая подразумевает никем неконтролируемое (в том числе и источником) распространение информации;
- возможности создания Интернет-ресурсов любыми заинтересованными лицами;
- большего веса в процессе коммуникаций личных точек зрения,
- возможности общаться со стейкхолдерами напрямую без вмешательства медиа (Gregory, A., 2004. Effective Media Relations).
Подобная идеалистическая картина коммуникаций в Сети фактически не оставляла места не то, что для использования спин-технологий, но даже для существования собственно медиа и индустрии PR. Тем не менее, последняя, пусть и претерпевая существенные изменения, переживает расцвет. Например, в Великобритании ее обороты росли в начале века ежегодно примерно на 17%, в PR работало больше людей чем в рекламе, и эта отрасль входила в число трех наиболее популярных среди выпускников высшей школы.
Причина проста – новая коммуникационная среда принесла не только позитив, но и как часто это бывает – определенные негативные последствия. Интернет стал родной средой для многочисленных групп давления, недовольных активистов и даже террористов. Их мишенями стали бизнес-структуры, политические организации, частные лица и даже целые государства (pdf, 6,48 Мб). Причем традиционные методы юридической защиты частной жизни и репутации в Сети оказались неэффективны. Стало понятно, что единственной (пусть и не абсолютной) защитой в данной ситуации является грамотное использование коммуникационных технологий. В результате, Интернет не только не отобрал работу у PR-специалистов, но и создал для них принципиально новый рынок, который они с энтузиазмом начали осваивать.
Что же касается конкретно spin doctoring, то в новой виртуальной реальности Интернета и связанных с ним IT-технологий, он переживает буквально второе рождение. Как минимум, два из трех феноменов Интернета, которые очень важны для PR в он-лайне: пористость (феномен поступления информации от организации к внешней аудитории, выхода ее из контролируемых, официальных информационных потоков без учета более широких последствий коммуникации) и активность (процесс трансформации сообщения по мере перехода его от одного лица к другому, а также воздействия нового контекста и понимания, включая визуальные образы, на исходные данные) – если не способствуют, то, как минимум, не мешают специалистам манипулировать информацией, так как фактически описывают условия ее трансформации в процессе движения по сети.
Что же касается третьего феномена Сети, то он тоже приходит на помощь спин-докторам в виде создания эмуляции прозрачности организации (причем не обязательно в Интернете). Например, в виде так называемых контролируемых утечек данных. Благодаря им, публике сливается дозированная и субъективно поданная информация. Spin doctoring сегодня не был бы так эффективен, если бы не нынешний этап медиа-эволюции. Новые информационные и коммуникационные технологии, связанные с появлением и развитием Интернета, оказали влияние не только на форму и содержании медиапродукции (рост уровня концентрации собственности в медиаиндустрии, “таблоидизация”), но и на процессы ее производства и потребления информации. Приход этих технологий изменил работу журналиста, перестроив ее весьма основательным образом. Сегодня ему уже не нужно быть профессионалом в прежнем значении этого слова. Достаточно — быстро писать на самые разные (зачастую случайные для него) темы. В работе журналиста сегодня доминирует краткосрочная перспектива. В газеты пришли онлайновые технологии и теперь факты зачастую необходимо собирать не на улице, а в Сети. Не всегда компетентный, перегруженный работой и привязанный к Интернету как к основному источнику информации журналист становится настоящим подарком для спин-докторов.
Еще в конце прошлого века сразу две избирательные кампании – британские 1997 года и немецкие 1998 года парламентские выборы – продемонстрировали четкие параллели в виде крайне высокого уровня участия в них политических спин-докторов. Причем использованные последними цели и методы были в чем-то антогонистичны, а в чем-то симбиотичны по отношению к журналистам. Фактически сегодня спин соответствует возможностям, которые предоставляет глобальная коммуникационная среда, и требованиям политической среды, в которой средства массовой информации является важнейшим элементом формирования общественного мнения. Социологи считают, что расцвет спин-технологий является реальной проблемой для демократии. Ведь его “тлетворное влияние” на политические кампании и корпоративные коммуникации создает иллюзию прозрачности и предоставляет общественности искаженную информацию.
