СЕО-мудрие
Ирина Харченко, для газеты “Бизнес”.
Несмотря на статистику международных компаний, утверждающих, что репутация СЕО составляет больше половины рыночной стоимости компании, украинские топ-менеджеры не спешат нанимать себе отряды персональных PR консультантов. В отличие от Запада, у нас основным держателем корпоративной репутации является не CEO, а владелец бизнеса. Что объясняется просто – в Украине фактически нет фондового рынка. Соответственно, сведены к минимуму ситуации, когда капитал крупной компании распределен между большим количеством акционеров. Именно в расчете на их симпатии, в первую очередь, традиционно выстраивался имидж CEO западной публичной компании. К тому же только в ситуации отсутствия единой группы владельцев, CEO способен быть настоящим первым лицом компании.
Нынешняя негативная репутация отечественного крупного бизнеса – это отчасти результат неприятия обществом его поведения, а отчасти – отсутствие целенаправленной политики построения имиджа как компаний, так и их первых лиц на протяжении целого десятилетия. Только последние несколько лет ситуация начала понемногу исправляться.
Справедливости ради можно сказать, что недоверие к крупному бизнесу сегодня проблема глобальная. Согласно результатам сентябрьского исследования McKinsey, за время кризиса даже сами топ-менеджеры стали более скептически относиться к собственной роли в обществе. Если два года назад две трети опрошенных руководителей заявляли, что крупные корпорации вносят позитивный вклад в общественное благо, то сейчас их доля снизилась до 59%. При этом, единственной действенной мерой, которая, по мнению топ-менеджеров, способна реально улучшить репутацию конкретной компании, является ограничение размера вознаграждений для ее руководителей. Это более чем самокритичная оценка, говорящая о том, что крупный бизнес сегодня немного деморализован.
В условиях кризиса и падения капитализации большинства компаний фондовый рынок перестал быть для CEO на Западе приоритетом “номер один”. Сейчас, когда зачастую речь идет о выживании конкретного бизнеса, главным стейкхолдером становится государство. С одной стороны, оно выступает в качестве регулятора и как показывает пример Lehman Brothers способно уничтожить любой бизнес в мгновение ока. С другой – госзаказ в условиях глобального падения спроса на товары и услуги является фактически единственной “кислородной подушкой” для большинства корпораций. На днях General Electric заявила, что рассчитывает в ближайшие 3 года получить от проектов, финансируемых правительствами по всему миру, $192 млрд. Соответственно, сегодня имидж CEO на Западе выстраивается в расчете, прежде всего, на чиновников. У нас ситуация по тем же самым причинам – аналогична. Только в фокусе внимания оказывается не высшее должное лицо, а владелец бизнеса.
Читайте также
Дорогу CEO!
Топ-менеджеры все больше разочаровываются в себе
